Столица: Осло
Территория: 385 186 км2
Население: 4 937 000 чел.
Язык: норвежский
История Норвегии
Норвегия сегодня
Эстланн (Østlandet)
Сёрланн (Sørlandet)
Вестланн (Vestandet)
Трёнделаг (Trøndelag)
Нур-Норге (Nord-Norge)
Туристу на заметку
Фотографии Норвегии
Библиотека
Ссылки
Статьи

Первое испытание

Смерть матери ошеломила Руала. Недели две после её похорон он не находил себе места, тяжёлая тоска сдавливала его сердце. Он ощущал вокруг себя пустоту, которую ничем нельзя было заполнить. Из его жизни ушёл человек, который нежно любил его, заботился о нём... И вот теперь он остался один.

Его угнетало одиночество, пустые, безжизненные комнаты, могильная тишина в доме. Всё валилось из рук. Но надо было ходить в университет, слушать лекции...

Для чего это ему сейчас? Ведь он же никогда не будет доктором. После недолгого раздумья Амундсен подал заявление, где писал о том, что прекращает занятия.

Он знал, что вслед за этим последует обязательная воинская повинность. Пока он был студентом, ему полагалась отсрочка. Однако Амундсену самому хотелось поскорей попасть в армию, тем более, что военная служба длилась тогда недолго — всего лишь несколько недель. Она не могла оторвать его от намеченных целей.

С готовностью, но и с некоторым страхом пошёл он в призывную комиссию. Примут ли его, или скажут «не годен»? У него было слабое зрение. Он читал ночами напролёт, испортил глаза, и врач предписал ему носить очки.

Амундсен отказался от очков в надежде, что зрение исправится. Ведь у путешественника должно быть острое зрение.

Но при тщательном осмотре близорукость откроется, и его могут забраковать. С бьющимся сердцем Амундсен подошёл к столу главного врача воинского управления. Сейчас решится его участь: годен или не годен?

Рядом с ним стояли его сверстники, раздетые догола.

Врач, окинув Амундсена с головы до ног быстрым взглядом, вдруг поднялся, подошёл к нему и сказал:

— Повернитесь-ка, молодой человек!

Амундсен повиновался.

— Прекрасно, прекрасно, молодой человек! Великолепная мускулатура. Отличное сложение!

Он пощупал руки и ноги Руала: они были тверды, как железо. Доктор несколько раз обошёл вокруг него, любуясь его фигурой. Наконец он спросил:

— Как это вам удалось развить такую мускулатуру? Передо мной каждый год проходят тысячи новобранцев, но я ни разу не видел такой великолепной фигуры.

— Я занимаюсь физическими упражнениями, — ответил Амундсен.

— И давно?

— Уже шесть лет.

— А какими именно?

— Лыжи, футбол, гребля, бег, ходьба.

Доктор подошёл к двери, ведущей в соседнюю комнату, и крикнул:

— Пожалуйте-ка сюда, господа, полюбуйтесь новым чудом.

В приёмную вошли офицеры, члены комиссии.

— Вот вам образец человека, который сам сделал себя богатырём, — сказал доктор.

Офицеры осмотрели Амундсена и тоже рассыпались в похвалах. Восхищённый доктор забыл даже освидетельствовать зрение новобранца, и Руал был принят на военную службу.

С рвением занимался Амундсен военным строем и гимнастикой, стоял на часах, совершал переходы по горам. И здесь впервые понял, как далеко опередил он своих товарищей. Он был сильнее всех в роте, выносливее и легко переносил все солдатские тяготы.

На рождество молодые солдаты были отпущены домой. Военная служба не представляла для Амундсена серьёзного испытания. Он надеялся, что она будет более тяжёлой, он хотел испытать такие трудности, которые хоть немного походили бы на те, что переживали полярные путешественники.

Зима в том году была суровая, с вьюгами и морозами. Амундсен был рад такой зиме: она напоминала ему о вьюгах и морозах, которые были там, в полярных пустынных странах.

«А что, если побывать в эту зиму где-нибудь в ледяной пустыне? Как я буду там себя чувствовать?»

Время у него есть. Он мог бы уехать куда-нибудь на две недели. Но где в Норвегии найдёшь ледяную пустыню? Ба! А Хардангерское плоскогорье? Чем не пустыня? Если его пересечь с востока на запад, это будет Гренландия, только, конечно, раз в тридцать-сорок поменьше.

Амундсен припомнил всё, что слышал и читал об этом плоскогорье.

Оно лежит высоко над уровнем моря. На плоскогорье постоянно дуют холодные ветры. Зимой там никто не бывает, лишь летом иногда заходят пастухи и охотники. Да, зимой у плоскогорья было много общего с полярными странами. Перейти через плоскогорье — значит узнать в какой-то мере, какие трудности переносят полярные путешественники. Только одному пуститься в такой путь нельзя. Для этого похода нужен верный товарищ. Мало ли что может случиться! А кого же взять? Он перебрал в памяти всех друзей. Приглашал одного, другого. Никто не решался идти в такое трудное и опасное путешествие. Наконец Руал обратился к старшему брату Леону, лейтенанту запаса, и тот согласился.

Братья готовились к этому путешествию так тщательно, будто это был настоящий полярный поход. Руал впервые использовал на практике накопленные им книжные знания. Они начали свой путь прямо из Христиании, откуда вышли на лыжах ранним утром и к вечеру второго дня добрались до маленькой усадьбы Муген, лежавшей на восточной стороне плоскогорья. Усадьба представляла собой небольшой домик со службами. Прямо за домиком шёл подъём на плоскогорье, а внизу простиралась долина, разукрашенная синеватыми узорами лесов.

Молодых путешественников встретил старик, владелец усадьбы Муген. Он повёл их к дому. Два сына старика, их жены и жена хозяина удивлённо смотрели на незнакомых молодых людей. Зачем они сюда пожаловали, да ещё в такую пору, когда к усадьбе нет ни прохода, ни проезда? Приход их вызвал подозрения — с добром ли они явились?

Братья попросили разрешения переночевать. Хозяин поколебался мгновенье, но пригласил их в дом. Скоро на очаге закипел кофе, стол был накрыт, и все сели за ужин. Старому хозяину, его сыновьям и особенно женщинам хотелось поскорей узнать, зачем пришли к ним эти люди.

— Куда же вы направляетесь? — осторожно спросил старик.

Руал ответил просто:

— Мы хотим пройти к усадьбе Гарен. Вы знаете такую усадьбу? Она лежит на восточной стороне плоскогорья.

Старик и его сыновья засмеялись: они думали, что Руал шутит.

— Как можно пройти по ледяным горам зимой, когда там даже летом никто не проходит? Нет, вы скажите правду: зачем пришли сюда?

— Я говорю правду, — нахмурился Руал.

Старик испытующе посмотрел на него и покачал головой.

— Вам что же, жить надоело? Вы там заблудитесь, замёрзнете, попадете в пропасть. Мы-то знаем эти места вдоль и поперёк: там ходить опасно.

— Всё-таки мы пойдём.

— Сколько же времени вы намерены там пробыть?

— Думаю, мы пройдём через все плоскогорье в два дня. От вашей усадьбы до усадьбы Гарен всего сто километров. Этот путь мы легко осилим.

— А где вы переночуете?

— В снегу. У нас есть спальные мешки.

Старик покачал головой.

— Рискованное дело. Конечно, желаю, чтобы вы благополучно дошли, только что-то плохо этому верю. А в снегу я вам ночевать не советую. Как раз на полдороге стоит пастушья хижина. Найдите её и в ней переночуйте. Там есть дрова. По крайней мере не замёрзнете.

Сыновья старика и женщины слушали этот разговор с испугом: они считали братьев безумцами. Трудно было понять, зачем они, образованные, здоровые, молодые люди, идут на явную смерть.

После ужина все улеглись спать. Гостям отвели место у камина — самое тёплое и почётное: «пусть поспят... перед смертью».

Братья решили выйти как можно раньше. Но ещё до рассвета началась метель. Снег крутился вихрем — в двух метрах ничего не было видно. Идти в такую метель было рискованно и опасно. Путешественники решили переждать. Однако прошёл день, два, три, пять, а метель не прекращалась. Только в ночь на девятые сутки ветер, наконец, утих, и братья тронулись в путь. Старик и два его сына пошли проводить их вверх по долине до того места, где начинался подъём на плоскогорье. По дороге они ещё раз пытались отговорить путешественников от безумной затеи.

— Вот видите, восемь дней дула метель. Она может повториться, вы заблудитесь и погибнете.

— Не погибнем! — бодро ответил Руал.

Старик покачал головой. Он указал на едва заметную, занесённую снегом выемку, что извивалась между оледенелыми скалами.

— Идите здесь, это самый лучший подъём. А наверху придётся идти уже по компасу: там никаких дорог нет.

Путешественники сердечно простились с гостеприимными хозяевами и пошли по тропке. Подъём был крут. Они двигались медленно. Старик и его сыновья махали им снизу шапками, желая счастливого пути. Голоса их становились всё глуше и слабее. Целых два часа братья одолевали «самый лучший подъём» и, наконец, осилили его.

Открылся великолепный вид на долину. Далеко внизу лежали синие пятна леса и селений. Низко над горами висели белесые зимние облака. Руал развернул карту, вынул из кармана компас, показал брату:

— Сейчас мы вот здесь, а идти нам надо так. Вот тут приблизительно будет и хижина. Главное — не сбиваться с пути, не терять времени, идти прямо к хижине.

Они вскипятили на спиртовке кофе, позавтракали и двинулись в путь. У каждого за спиной висел спальный мешок из оленьих шкур, сумка с провизией и маленькая спиртовая лампа. Съестные запасы состояли из галет, плиток шоколада, небольшого количества масла и бутербродов.

Окинув взглядом долину, братья повернулись и, оттолкнувшись палками, заскользили по снегу. Он плотно укрывал небольшие однообразные холмы Хардангерского плоскогорья. Руал шёл впереди, время от времени проверяя путь по компасу. Путники то поднимались на холмы, то спускались вниз, в небольшие долинки. Снег мягко скрипел под лыжами, братья быстро продвигались вперед. Но зимний день короток, близились сумерки, а кругом были всё те же однообразные холмы, те же долины, и низко висели белесые облака.

Старший брат затревожился:

— Найдём ли хижину?

— Найдём, — твёрдо отвечал Руал. — Компас доведёт.

Вот уже и совсем стемнело, а хижины всё не видно. Только глубокой ночью путешественники наткнулись на неё. Братья радостно прокричали «ура». Но попасть в хижину оказалось не легко: она была занесена со всех сторон снегом, а окна и дверь забиты досками. Леон поднялся на крышу, пытаясь пробраться в хижину через трубу. Однако труба, также заложенная тяжёлыми досками, была очень узка. Поднялся ветер, путники замерзали. С большим трудом, лыжами и палками, они отрыли снег от двери, а затем ножами вырвали из досок гвозди и вошли в хижину. За этой работой оба они отморозили пальцы.

В хижине лежали заготовленные дрова. Руал поднялся на крышу, убрал доски, закрывавшие дымоход. Леон развёл в очаге огонь. Но дым валил в хижину, ел глаза.

Около двух часов ушло на то, чтобы растопить печь. Путешественники вконец устали, и только яркий огонь ободрил и развеселил их. Они вскипятили кофе, согрелись и, закутавшись в спальные мешки, улеглись около очага.

Утром, едва забрезжил свет, они встали, полагая, что теперь их мытарства кончились, — им остаётся пройти только половину пути. К вечеру они доберутся до усадьбы Гарен. Братья не сомневались, что найдут её, — ведь нашли же они эту одинокую хижину!

Но не радостно было утро: на дворе бушевала метель.

— Что же нам делать? — растерялся Леон.

— Делать нечего, — сказал Руал. — Будем сидеть и ждать, когда прекратится метель. Полярные путешественники должны быть терпеливыми.

Они обшарили всю хижину, заглянули под лавки и нашли в углу маленький мешок с ржаной мукой.

— Вот это пока и будет нашей пищей, — сказал Руал, — а запасы побережём для дороги.

Они растопили в котелке снег и сделали из муки жидкую кашицу. Невкусна была эта кашица, но полярный путешественник должен привыкать ко всему. Ели же спутники Франклина свои сапоги!

Два дня бушевала метель, и два дня братья сидели в хижине. На третий день метель утихла, и они пошли дальше.

С западной стороны плоскогорья есть только два удобных спуска: один спуск рядом с усадьбой Гарен, а другой — в пятидесяти милях от неё. Нужно было внимательно следить по компасу и по карте, чтобы точно выйти к намеченному пункту, — иначе собьёшься с дороги, попадёшь в пропасть, погибнешь. Руал поминутно развёртывал карту и справлялся по компасу. Не успели они пройти и десяти километров, как повалил густой влажный снег. Карта размокла. Руал пытался сложить её и спрятать, но она расползлась под руками. Пришлось её бросить и ориентироваться только по компасу.

Сквозь пелену снега они смутно видели всё те же невысокие холмы и всё те же долины. А где-то за ними, далеко у обрыва плоскогорья, стояла усадьба Гарен.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
 
Яндекс.Метрика © 2024 Норвегия - страна на самом севере.