Столица: Осло
Территория: 385 186 км2
Население: 4 937 000 чел.
Язык: норвежский
Новости
История Норвегии
Норвегия сегодня
Эстланн (Østlandet)
Сёрланн (Sørlandet)
Вестланн (Vestandet)
Трёнделаг (Trøndelag)
Нур-Норге (Nord-Norge)
Туристу на заметку
Фотографии Норвегии
Библиотека
Ссылки
Статьи

II. Предшественники Нансена

Люди давно уже научились плавать по морю и еще въ древности, за нѣсколько тысячъ лѣтъ до нашего времени, ѣздили по далекимъ морямъ и разыскивали неизвѣстныя земли. Они пускались въ такія дальнія плаванія не ради любопытства, а ради торговыхъ выгодъ: мореплаватели служили купцамъ, которые искали мѣстъ для сбыта своихъ товаровъ. Были и такіе моряки, которые гонялись за купеческими кораблями и грабили ихъ. Торговые мореходы объѣзжали берега, искали тамъ удобныхъ стоянокъ для кораблей и разузнавали — какіе въ разныхъ мѣстахъ живутъ люди, что можно у нихъ найти и можно ли съ ними вести торгъ? Такъ они объѣхали берега и Африки и Европы. Имъ былъ извѣстенъ сѣверный берегъ нашей части свѣта и далекіе острова къ сѣверу отъ нынѣшней Великобританіи. Они узнали, что за этими островами лежитъ туманное холодное море, на которомъ имъ нечего взять. Тогдашніе ученые думали, что человѣкъ не можетъ жить ни въ жаркомъ, ни въ холодномъ поясѣ; значитъ, въ холодный поясъ въ то время нельзя было и думать попасть тому, кто хотѣлъ остаться живымъ. И все-таки тогда нашелся человѣкъ, грекъ изъ Массиліи (нынѣшній Марсель на югѣ Франціи), по имени Питеасъ, которому захотѣлось узнать — что такое холодный поясъ? Онъ снарядилъ корабль и доѣхалъ до какого-то сѣвернаго острова, гдѣ до него никто еще не былъ. Питеаса можно назвать первымъ полярнымъ путешественникомъ. Онъ не много видѣлъ и поднялся не высоко (до 61 градуса сѣверной широты1), но если мы вспомнимъ, что онъ путешествовалъ въ 325 г. до Р. Хр. и первый рѣшился пуститься въ холодное море, гдѣ никто не бывалъ раньше его, то мы должны съ благодарностью вспоминать имя этого смѣлаго и любознательнаго человѣка.

Послѣ него долго не находилось охотниковъ развѣдать ближе холодный поясъ. Уже гораздо позже, лѣтъ почти черезъ тысячу послѣ Рождества Христова, туда стали заходить отважные мореплаватели — норманны, извѣстные нашимъ предкамъ подъ именемъ варяговъ, жившіе на Скандинавскомъ полуостровѣ (нынѣшнія Швеція и Норвегія). Они уѣзжали далеко отъ своей родины, грабили и даже завоевывали береговыя страны на западѣ и на югѣ Европы и искали новыхъ странъ, между прочимъ и на холодномъ сѣверѣ. Они открыли большой островъ къ сѣверу отъ Америки и даже первые побывали на берегахъ этой части свѣта. Но эти открытія вскорѣ были забыты. Другіе народы, отправлявшіе торговые корабли въ разныя страны, не заглядывали на сѣверъ, потому что ихъ манили къ себѣ южныя земли, откуда они привозили драгоцѣнные камни, шелкъ, слоновую кость и разныя пряности. Мореплаватели искали только самаго короткаго и легкаго пути въ Индію и Китай, откуда добывались эти дорогіе товары. Даже знаменитый Колумбъ искалъ такого пути на западъ отъ Европы, думая, что между нашею частью свѣта и Азіею лежитъ открытое море, и, доплывъ до Америки, полагалъ, что онъ пришелъ къ островамъ, лежащимъ около Индіи. Потомъ стало извѣстно, что Америка — длинный материкъ, лежащій на пути между Европой и Азіей. Такъ какъ восточный морской путь изъ нашей части свѣта въ Азію былъ далекій и опасный, а именно онъ огибалъ всю Африку и шелъ потомъ вдоль всего южнаго берега Азіи по бурнымъ и опаснымъ морямъ, то моряки усердно искали другой, западной дороги, которая вела бы въ Азію мимо Америки. Оказалось, что Америку можно обогнуть съ юга, но и этотъ путь былъ не близкій и не безопасный. Тогда принялись отыскивать проходъ къ сѣверу отъ Америки: если бы его удалось найти, путь черезъ него изъ сѣверной Европы въ Китай и Индію былъ бы самымъ легкимъ. Онъ былъ всего нужнѣе для англичанъ, такъ какъ былъ отъ нихъ всего ближе, и, кромѣ того, другой народъ, португальцы, не позволяли имъ останавливаться въ гаваняхъ по берегамъ Африки и южной Азіи. Поэтому англичане усерднѣе другихъ старались найти сѣверо-западный проходъ, т. е. проходъ на сѣверѣ изъ Атлантическаго океана въ Тихій, по которому они могли добраться до Китая и Индіи. Тогда почему-то думали, что Америка и на сѣверѣ оканчивается такимъ же клиномъ, какъ и на югѣ; поэтому объѣхать ее съ сѣверной стороны казалось дѣломъ не труднымъ. Никто еще не зналъ, что Америка расширяется именно къ сѣверу, и что тамъ лежитъ около нея множество острововъ. Хотя и было извѣстно, что въ сѣверныхъ моряхъ встрѣчаются большія льдины, но тогда ученые думали, что эти льдины приносятся изъ рѣкъ или съ береговъ, что онѣ состоятъ изъ прѣсной воды, такъ какъ морская вода будто бы замерзать не можетъ. Имъ казалось, что если отъѣхать подальше отъ берега, то и на дальнемъ сѣверѣ будетъ уже открытое море.

Первыми, кто четыреста лѣтъ тому назадъ рѣшился пуститься въ дальнія сѣверныя воды, были итальянцы, отецъ и сынъ Каботы, служившіе въ англійскомъ флотѣ. Америка была открыта незадолго передъ тѣмъ Христофоромъ Колумбомъ, и въ то время еще думали, что она продолженіе Азіи. Молодой Каботъ, сперва съ отцомъ, а потомъ одинъ нѣсколько разъ ѣздилъ на сѣверъ Америки, но не поднимался выше полярнаго круга. Настоящіе поиски сѣверо-западнаго прохода начались позднѣе, когда стало уже извѣстно, что между Америкой и Азіей лежитъ широкій океанъ. Поиски начались съ поѣздки Фробишера, который отправился на трехъ небольшихъ судахъ, по слѣдамъ молодого Кабота, открывшаго какой-то заливъ на сѣверѣ Америки. Фробишеръ доѣхалъ до Гренландіи и не рѣшился далеко углубиться на сѣверъ. Смѣлѣе и счастливѣе его оказался слѣдующій мореплаватель Дэвисъ. Онъ открылъ проливъ, который носитъ его имя, и, хотя его команда отказывалась ѣхать дальше, настоялъ на своемъ и поднялся до 72° сѣв. шир. Еще смѣлѣе былъ слѣдующій мореплаватель Гудзонъ; онъ вошелъ въ заливъ, называющійся теперь его именемъ, и, узнавъ, что въ немъ нѣтъ прохода въ открытое море, рѣшился объѣхать его берега. Между тѣмъ надвигалась зима. Гудзонъ рѣшился зимовать тамъ, чтобы съ наступленіемъ теплаго времени продолжать свои розыски. Однако команда возмутилась противъ него, силою высадила его, вмѣстѣ съ 9 спутниками на лодку, и сама ушла въ Англію. Съ тѣхъ поръ о Гудзонѣ ничего не было слышно, и никто не узналъ, какою смертью погибъ онъ со своими спутниками.

Вскорѣ послѣ того прославился еще Баффинъ, который, идя путемъ Дэвиса, поднялся выше его, до 77½°, открылъ проливъ къ сѣверу, названный имъ Смитовымъ, острова Кэри и другой проливъ, названный имъ Ланкастеровымъ. Хотя именно этимъ проливомъ и можно было пройти въ Тихій океанъ, но льды не пропустили Баффина. И Баффинъ и два другихъ моряка, посланные въ тѣ же мѣста послѣ него, говорили, что если бы и удалось найти проходъ, то отъ него мало было бы пользы: такъ опасно и трудно тамъ плавать. «Гораздо легче, — говорилъ одинъ изъ нихъ, — проѣхать тысячу миль къ югу, въ сторону мыса Доброй Надежды (на югѣ Африки), чѣмъ сто миль въ сѣверныхъ моряхъ, гдѣ ежедневно гибель угрожаетъ и кораблю и матросамъ». Если намъ кажется теперь, что англійскіе мореплаватели, которыхъ мы называли, сдѣлали немного, не достигнувъ своей цѣли и не высоко поднявшись къ сѣверу, то мы не должны забывать, что они пускались въ никому невѣдомыя моря на простыхъ деревянныхъ корабляхъ, которые ежеминутно могли быть раздавлены ледяными горами, и капитанъ и матросы ихъ легко могли погибнуть отъ холода или голода.

Въ то время, когда англичане искали сѣверо-западнаго прохода изъ Атлантическаго въ Тихій океанъ мимо береговъ Америки, они же, а также и голландцы старались найти путь изъ одного океана въ другой чрезъ сѣверо-восточный проходъ у береговъ Сибири. Они пустились на эти поиски, потому что одинъ ученый нѣмецъ, Герберштейнъ, пріѣзжавшій посломъ въ Россію, издалъ книгу о русскихъ владѣніяхъ и приложилъ къ ней географическую карту, на которой рѣка Обь вытекала изъ какого-то китайскаго озера. Откуда онъ взялъ это названіе — трудно сказать; но оно сбило съ толку многихъ англійскихъ и голландскихъ купцовъ, обрадовавшихся, что есть такой недалекій и нетрудный путь въ Китай: стоило только добраться моремъ до устья Оби, а тамъ уже легко было подняться и до китайскаго озера. Неожиданно для русскихъ, въ устьѣ Сѣверной Двины появились невиданные тамъ большіе англійскіе корабли, а одинъ изъ капитановъ ихъ съѣздилъ даже въ Москву и получилъ отъ царя (Іоанна Грознаго) позволеніе привозить англійскіе товары и обмѣнивать ихъ на русскіе. Англичане доѣхали до Карскаго пролива, осмотрѣли островъ Вайгачъ, видѣли Югорскій проливъ, но льды не пропустили ихъ дальше въ Карское море. Чтобы пройти въ это море и черезъ него добраться до устья Оби, нужно было теплое лѣто, когда ледъ сильно таетъ. Англичанамъ это такъ и не удалось, какъ не удалось и голландцамъ. Нѣсколько разъ пытались они пробраться въ ледяное море, но дѣло кончилось тѣмъ, что одинъ изъ ихъ мореплавателей, Баренцъ, погибъ во время зимовки на Новой Землѣ. Голландскими моряками открыты были Медвѣжьи острова и островъ Шпицбергенъ; Баренцъ видѣлъ тамъ открытое море, и ему показалось, что чѣмъ дальше онъ подвигался къ сѣверу, тѣмъ погода была мягче. Онъ доходилъ уже до 80° сѣв. широты. Вслѣдъ за нимъ англичанинъ Гудзонъ ѣздилъ искать это открытое море; онъ поднялся еще выше и видѣлъ даже землю на 82° с. ш. Однако за нею были сплошные льды, и Гудзонъ не совѣтовалъ никому пускаться туда. И дѣйствительно, неудачи и опасности сѣверныхъ путешествій надолго отбили охоту и у англичанъ, и у голландцевъ посылать корабли въ Сѣверный Ледовитый океанъ. Если бы даже и удалось открыть проходъ на западъ или на востокъ, то едва ли можно было бы пользоваться для провоза товаровъ этимъ океаномъ, страшнымъ своими громадными, нетающими льдами. Поэтому никто уже не думалъ о проѣздѣ изъ Европы въ Китай по сѣвернымъ морямъ, и эти моря, и берега ихъ въ Америкѣ и въ Азіи оставались неизвѣстными.

Но пока ученые въ Европѣ ничего не знали о нихъ, эти берега были пройдены и осмотрѣны нашими казаками, жившими въ Сибири. На маленькихъ лодкахъ спускались они по рѣкамъ къ морю, затѣмъ шли берегомъ или плыли по морю до слѣдующей рѣки, и такъ прошли до самаго Тихаго океана. Казакъ Семенъ Дежневъ раньше всѣхъ дошелъ до пролива, отдѣляющаго Азію отъ Америки, который позднѣе былъ названъ Беринговымъ проливомъ. Когда Петръ Великій посылалъ туда Беринга, иностранца, состоявшаго у него на службѣ, онъ не слыхалъ, что Дежневъ побывалъ уже въ этихъ мѣстахъ. Берингъ прославилъ свое имя этимъ открытіемъ, но ему не удалось воспользоваться своей славой: онъ умеръ во время путешествія отъ усталости и болѣзни. Точно такъ же, по разсказамъ казака, видѣвшаго на пути отъ р. Яны къ р. Колыми какую-то землю, открыты были Ляховскіе острова. Они названы были такъ уже позднѣе, въ царствованіе Екатерины II, по имени купца Ляхова, который доѣхалъ до нихъ по льду на саняхъ. Онъ же открылъ островъ Котельный, но на немъ оказалась могила съ русскимъ крестомъ: значитъ, казаки еще раньше побывали на немъ. Русскими же открыты были о. Ѳаддеевъ и Ново-Сибирскіе острова. Русскій морской офицеръ Врангель три года подъ рядъ пытался добраться до дальняго острова, видѣннаго еще задолго передъ тѣмъ казакомъ Андреевымъ. Ледъ, по которому ѣхалъ Врангель, былъ такъ тонокъ, что онъ видѣлъ ходившія подъ нимъ морскія волны; въ послѣдній разъ онъ едва добрался до берега: ледъ трескался и ломался подъ санями. Но за этимъ льдомъ онъ видѣлъ большую полынью или открытое море, которое начиналось къ сѣверу отъ Ново-Сибирскихъ острововъ и тянулось въ сторону Берингова пролива. И это море и Ново-Сибирскіе острова открыты были уже въ началѣ XIX столѣтія.

И англійскіе мореплаватели не дальше начала только что минувшаго вѣка принялись опять за разслѣдованія сѣверныхъ морей. Новыя поѣздки, послѣ почти двухсотлѣтняго перерыва, начались съ тѣхъ поръ, какъ стало извѣстно, что капитанъ китоловнаго судна Скоресби доходилъ благополучно нѣсколько разъ до 80°, а разъ дошелъ даже до 82½° с. ш. Англійское правительство снарядило два корабля подъ командою капитана Росса. Онъ прошелъ черезъ Смитовъ проливъ и входилъ въ Ланкастеровъ проливъ, открытый Баффиномъ, но ему также показалось, что это — заливъ, т. е. что изъ него нѣтъ выхода въ другую сторону, и онъ повернулъ назадъ. Однако помощникъ его, лейтенантъ Парри, былъ не согласенъ съ нимъ; на слѣдующій годъ Парри дѣйствительно прошелъ черезъ этотъ и черезъ другой проливъ, названный имъ проливомъ Барроу, и дошелъ до острова Мельвиля. Дальше его не пустили льды, и ему пришлось вернуться. Онъ опять поѣхалъ туда въ слѣдующемъ году, но льды такъ тѣснили его, что одинъ изъ кораблей онъ долженъ былъ бросить. Ему пришло въ голову придѣлать къ лодкамъ полозья, чтобы ѣхать въ нихъ по льду и плыть въ полыньяхъ. Но льдины, которыя онъ встрѣтилъ, были такія неровныя, что двигаться по нимъ на полозьяхъ было невозможно. Тридцать три дня онъ бился, стараясь податься къ сѣверу, и отказался отъ этого, когда замѣтилъ, что льдину, по которой онъ шелъ, несетъ теченіемъ къ югу.

Въ то же время англійское правительство отправило морского офицера Франклина съ тѣмъ, чтобы обойти берегъ Ледовитаго океана въ Америкѣ съ суши, такъ какъ до тѣхъ поръ его не удавалось объѣхать моремъ. Онъ какъ нельзя лучше исполнилъ это порученіе, употребивъ на него два года, и затѣмъ вернулся въ Англію. Прошло почти двадцать лѣтъ съ тѣхъ поръ; онъ успѣлъ состариться и дослужиться до адмирала, когда опять отправился на двухъ корабляхъ къ сѣвернымъ берегамъ Америки. О немъ извѣстно было, что онъ вошелъ въ Ланкастеровъ проливъ, но затѣмъ о немъ не было уже никакихъ слуховъ. Первые два года думали, что онъ тамъ остался зимовать, какъ это случалось со многими полярными путешественниками, но когда прошелъ и третій годъ, стали бояться, что его уже нѣтъ въ живыхъ. Въ теченіе двадцати одного года и жена его, и англійское правительство ежегодно посылали корабли, чтобы отыскать его или, по крайней мѣрѣ, узнать, гдѣ и какъ онъ погибъ. Все что можно было узнать отъ эскимосовъ, дикарей, живущихъ на берегахъ Ледовитаго океана, заставляло думать, что Франклинъ и его спутники умерли отъ истощенія и голода.

Однако, если морякамъ, посланнымъ отыскивать Франклина, не удалось ничего узнать о немъ вѣрнаго, то при этихъ поискахъ одному изъ нихъ, Макъ-Клюру, посчастливилось наконецъ найти сѣверо-западный проходъ, который такъ долго не давался путешественникамъ. Другому, доктору Кэну, пришлось видѣть за Смитовымъ проливомъ открытое море, по которому волны катились такъ свободно, какъ будто ему и конца не было. Многіе ученые не вѣрили однако, что спутники Кэна видѣли открытое море, думая, что они приняли за него отблескъ отъ снѣга.

Дѣйствительно, двумъ нѣмецкимъ кораблямъ, которые везли ученыхъ для изслѣдованія полярныхъ странъ и на которыхъ и капитаны и команда были изъ лучшихъ моряковъ германскаго флота, не удалось видѣть этого моря. Когда бывшіе на одномъ изъ кораблей, «Германіи», дошли до высокаго мыса, откуда открывалось большое пространство, они ничего не увидали, кромѣ сплошного льда, покрытаго снѣгомъ. Имъ пришлось перезимовать, а весной двигаться впередъ, таща на себѣ сани съ провизіей; часто они наталкивались на высокія ледяныя горы или по поясъ проваливались въ снѣгъ; они съ трудомъ добрались до своего корабля и вернулись на немъ въ Европу. Другому кораблю досталась еще худшая судьба: онъ былъ раздавленъ и затопленъ льдами; людямъ пришлось спасаться на льдинѣ, которую, къ счастью, принесло къ берегу Гренландіи, гдѣ они могли найти пріютъ и помощь. Почти то же случилось съ американскимъ судномъ «Полярисъ», которое, черезъ два года послѣ нѣмецкихъ кораблей (въ 1871 г.), отправилось подъ командою капитана Голля въ тѣ же моря. Голль не вынесъ трудностей путешествія и умеръ, а корабль былъ захваченъ и сжатъ льдинами. Льдина, на которой находился корабль, оторвалась, и ее понесло вмѣстѣ съ нимъ къ югу. Путешественники были взяты проходившимъ пароходомъ, проведя шесть мѣсяцевъ на пловучей льдинѣ.

Австрійцы также снарядили пароходъ для ученыхъ изслѣдованій дальняго сѣвера. Они хотѣли осмотрѣть пространство около Новой Земли и Шпицбергена и для этого послали впередъ легкоходное парусное судно. Послѣ благополучнаго возвращенія его вышелъ въ путь большой пароходъ, нарочно построенный для этого путешествія, съ тѣмъ, чтобы подняться какъ можно выше къ сѣверу и къ востоку отъ Новой Земли и, если можно, вернуться черезъ Беринговъ проливъ. Судномъ командовали Вайпрехтъ и Пайеръ. Оно дошло до западнаго берега Новой Земли и встрѣтилось со льдами на 74°. Оно боролось съ ними, двигалось съ трудомъ, но, пройдя еще около двухъ градусовъ, совершенно остановилось, задержанное огромной пловучей льдиной, которая потащила его къ сѣверо-востоку. Въ теченіе нѣсколькихъ мѣсяцевъ, и день и ночь, всѣ бывшіе на кораблѣ опасались, что ледъ раздавитъ ихъ. Льдины громоздились одна на другую, и корабль былъ окруженъ цѣлыми горами льда. Впрочемъ, никто не падалъ духомъ, и каждый дѣлалъ свое дѣло. Прошла зима, темная и ужасная. Льдина не таяла и медленно подвигалась сперва къ востоку, а потомъ къ сѣверу. Всѣ покорились своей участи и уже думали о томъ, что имъ придется провести еще такую же зиму. Но 20-го августа увидали большой островъ, который въ честь австрійскаго императора названъ былъ Землею Франца-Іосифа. Сошли на этотъ островъ, построили снѣговыя хижины и прожили въ нихъ 125 дней. Они видѣли вдали много другихъ обледенѣлыхъ острововъ съ высокими скалами. Въ концѣ мая корабль былъ оставленъ, — всѣ пустились въ обратный путь на лодкахъ, поставленныхъ на полозья. Итти было такъ трудно, что въ два мѣсяца пройдено было только 14 верстъ. Понадобилось еще 96 дней, чтобы добраться до нашего острова Новой Земли, откуда русское судно доставило австрійцевъ въ Норвегію.

Наконецъ и Англія отправила на сѣверъ два паровыхъ судна подъ начальствомъ капитана Нерса. Они безъ труда дошли до Смитова пролива, но затѣмъ началась для нихъ страшная борьба съ туманами и льдами. Подвигаясь шагъ за шагомъ съ ужасными усиліями, Нерсъ дошелъ до 83½° широты, чего еще никому не удавалось. Но онъ нигдѣ не видѣлъ открытаго моря. Напротивъ, повсюду виднѣлись громадныя льдины ужасающей толщины. Какъ думаетъ Нерсъ, эти льды никогда не таютъ, какъ снѣга на высокихъ горахъ. Съ тѣхъ поръ стали еще больше сомнѣваться, чтобы на самомъ дѣлѣ могло быть открытое полярное море, какое видѣлъ Кэнъ.

Тѣмъ временемъ шведскій ученый Норденшильдъ открылъ сѣверо-восточный проходъ, проѣхавъ у сѣвернаго берега Си. бири. На пути онъ былъ задержанъ льдами и простоялъ на мѣстѣ 264 дня. Съ тѣхъ поръ этотъ путь не считается непроходимымъ, и европейскіе корабли начинаютъ уже привозить товары въ устья сибирскихъ рѣкъ.

Надо сказать, что въ наше время корабли, отправляющіеся на дальній сѣверъ, не идутъ уже наудачу, какъ въ прежнее время, когда тамъ ничего еще не было извѣстно. Теперь всѣ видѣнныя тамъ земли нанесены на карту, и моряки уже знаютъ, куда они идутъ. Корабли снабжены и всевозможными инструментами, и продовольствіемъ и лѣкарствами, даже забавами на случай долгой зимовки. А все-таки никто не можетъ поручиться, что даже отлично построенный и превосходно снабженный корабль благополучно вернется оттуда. Такъ, одинъ богатый американецъ пожелалъ отправить туда корабль, который онъ назвалъ «Жаннетой», не жалѣя никакихъ издержекъ. Онъ долженъ былъ пройти черезъ Беринговъ проливъ къ землѣ Врангеля и оттуда отправиться къ сѣверу. Онъ вышелъ изъ американской гавани лѣтомъ 1878 г.; въ послѣдній разъ какое-то китоловное судно видѣло его 2-го сентября, и съ того времени о немъ уже ничего не было слышно. Послѣ долгихъ розысковъ по берегамъ Сибири, близъ устьевъ Лены найдены были наконецъ тѣла лейтенанта Делонга, командира «Жаннеты», и нѣкоторыхъ спутниковъ его. Сохранилась записная книжка несчастнаго Делонга, изъ которой видно, что они умерли съ голоду. Борясь со смертью, они заваривали вмѣсто чаю ивовую кору и ѣли кожу своихъ сапоговъ.

Подобные же ужасы голоданья въ обледенѣломъ, безлюдномъ краѣ испыталъ со своими спутниками и лейтенантъ Грили, отправившійся въ сѣверныя моря на счетъ американскаго правительства. Изъ двадцати пяти человѣкъ, бывшихъ съ нимъ, уцѣлѣли лишь шестеро. Путешественники очутились на такомъ берегу, гдѣ ничего нельзя найти, кромѣ мелкихъ морскихъ раковъ и моху, и этого еще не всегда можно было достать. Дошло до того, что они ѣли супъ изъ бобровыхъ шкуръ и даже кожу сапоговъ.

Мы могли бы еще многое прибавить объ ужасахъ полярныхъ путешествій, но объ этомъ намъ разскажетъ самъ Нансенъ. Мы думаемъ, что сказаннаго нами достаточно, чтобы судить — сколько смѣлости, сколько вѣры въ свои силы и сколько любви къ наукѣ долженъ имѣть человѣкъ, рѣшающійся пуститься въ такой опасный путь, гдѣ такъ легко погибнуть безъ всякаго слѣда.

Примечания

1. Такъ какъ кругъ дѣлится на 360 равныхъ частей, называемыхъ градусами, то въ четверти круга между экваторомъ и сѣвернымъ или южнымъ полюсами считается 90 градусовъ. Сѣверный полярный кругъ лежитъ на 66½ град, сѣверной широты, или на разстояніи 23½ градусовъ отъ полюса. Въ каждомъ градусѣ считается 105 верстъ.

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 Норвегия - страна на самом севере.