Столица: Осло
Территория: 385 186 км2
Население: 4 937 000 чел.
Язык: норвежский
Новости
История Норвегии
Норвегия сегодня
Эстланн (Østlandet)
Сёрланн (Sørlandet)
Вестланн (Vestandet)
Трёнделаг (Trøndelag)
Нур-Норге (Nord-Norge)
Туристу на заметку
Фотографии Норвегии
Библиотека
Ссылки
Статьи

На правах рекламы:

Вятичи СОК Калужская цена 2020

V. Переход на лыжах через Гренландию

Мы уже говорили, что мысль о Гренландской экспедиции1 давно запала в голову Нансена; но ему пришлось ждать несколько лет прежде, чем выполнить ее на деле. Главной задержкой был недостаток в деньгах, необходимых для этого путешествия.

Нужно сказать, что, когда Нансен напечатал в газетах о своем намерении перейти через всю Гренландию от одного берега до другого, то очень мало нашлось людей, которые согласились, что это возможно; большинство же только смеялось: «вот сумасшедший! Видно, жить ему надоело»! И в небольшой сравнительно сумме денег, которую Нансен просил у Норвежского университета, ему было отказано.

Нашелся однако человек, понявший, как важно исполнить это смелое намерение, и пришедший на помощь Нансену. Это был богач-датчанин2, по фамилии Гоммель, уже не раз помогавший предприятиям с научной целью. От него Нансен получил необходимые деньги.

Насмешки и толки не останавливали Нансена, тем более, что среди ученых нашлись люди, сочувствовавшие ему; особенно же важно было для Нансена сочувствие и одобрение старика Норденшельда, знаменитого путешественника по северным странам.

Все путешественники, отправлявшиеся в Гренландию, высаживались обыкновенно на том берегу, где находятся датские поселения, и оттуда всходили на ледяную равнину для исследования внутренности острова. Нансен решил, что в этом была их главная ошибка.

«Единственный верный путь через Гренландию», писал Нансен, — «будет такой: необходимо пробраться сквозь плавающие льды к восточной части острова и отсюда идти к населенному западному берегу. Этим способом путешественник: лишит себя раз навсегда всякой возможности вернуться назад, и ему не придется побуждать своих спутников. Едва ли кто из них захочет возвратиться к безлюдной восточной окраине острова, когда впереди у всех будет западный берег, манящий к себе удобствами поселений... Тогда остается одно: идти вперед. Смерть или западный берег Гренландии, — вот из чего придется выбирать путешественникам».

Из всего этого можно заключить, насколько необыкновенен, смел и решителен был план Нансена,

Где же взять людей, которые пойдут с ним на такой подвиг? Казалось бы, что это невозможно, а между тем смельчаки нашлись. Это были — норвежский моряк Отто Свердруп, капитан норвежской пехоты Дитрихсон и норвежский крестьянин Христиансен Трана; кроме того, были взяты на подмогу два жителя Лапландии (одной из северных стран), Бальто и Равна.

Нансен решил добраться до восточного берега Гренландии на каком-нибудь корабле, а затем идти на лыжах и самим везти поклажу, уложенную в ручные сани. Сани и поклажа должны были прежде всего быть легкими, чтобы не обременять путешественников.

Выбирая провизию для долгого пути, Нансен обратился к помощи науки. Известно, что не всякая пища одинаково питательна и не всякая одинаково полезна. В науке подробно указано, что именно наиболее необходимо человеку для здоровья, сколько и какой пищи требуется на сутки жизни и т. д.; с помощью этих указаний. Нансен и выбирал съестные припасы. Взят был особо приготовленный порошок из сушеного мяса, сыр, гороховая колбаса для супа, масло, кофе, чай, сгущеное молоко; для приготовления кушаний захватили спиртовую лампу. Одежда путешественников была вся из шерстяной ткани: фуфайка3, куртка, две пары панталон, и толстые носки. Для защиты от дождя и снега сверху надевался непромокаемый плащ и башлык; на руки две пары рукавиц: шерстяные и меховые; на ноги — толстые непромокаемые сапоги. Для сна приготовили мешки из оленьих шкур; в каждом из таких мешков помешались три человека; спать было мягко и теплее, чем на открытом воздухе. Захватили несколько пар лыж, прочных и замечательно легких.

* * *

Чтобы добраться к восточному берегу Гренландии, Нансен и его товарищи отправились на северный остров Исландию, поискать парохода, идущего в Гренландию за тюленями. Такой пароход скоро нашелся, и его капитан согласился довезти наших путешественников до берегов Гренландии.

Если бы Нансен имел побольше денег в руках, то самое лучшее для него было бы ехать на особом корабле, так как корабль «Язон» на котором они отправились, не очень то спешил к берегам Гренландии. По дороге он постоянно останавливался, лишь только Вдали показывались тюлени; спускались лодки, и экипаж деятельно принимался за ловлю. Более месяца провели поэтому путешественники на корабле, бесполезно теряя самое лучшее время для перехода по Гренландии — лето; но вот наконец показался этот желанный берег. Негостеприимен был его вид; во еще прежде, чем высадиться на него, нужно было пробиться сквозь плавучий лед, который безостановочно шел громадными глыбами.

Капитану «Язона» не было никакого расчета рисковать своим судном пускаясь в борьбу со льдом, и наши смелые путешественники, высадившись в лодки, отправились в них на встречу опасности. На корабле оставили они письма на родину, и, вероятно, каждый втайне думали, что это, может быть, последнее письмо домой.

И вот на волнах закачались две лодки, скользя между льдинами, стремясь пробраться к берегу. Эго однако оказалось очень трудным делом, и прошло десять дней прежде чем путешественники достигли Гренландии. Напирая со всех сторон, льдины повредили одну изь лодок, и Нансен с товарищами должны были встащить обе лодки на одну из громадных плававших глыб и заняться починкой. Пятнадцать часов под ряд работали они без отдыха Наступила ночь; тревожно прошла она для путешественников На этом ненадежном ледяном плоту. Когда рассвело, то они увидели, что берег находится от них вдвое дальше, чем был накануне.

Так начались их неудачи, которые продолжались десять дней, и только 28 июля они высадились на берег Гренландии; но оказалось, что льдины далеко отнесли их от намеченных, для начала перехода, мест, и, после небольшого привала, снова пришлось сесть в лодки и, каждую минуту рискуя жизнью, пробираться между льдинами вдоль берега. Это плавание продолжалось тринадцать дней, при чем путешественники не раз выходили на берег для отдыха. Наконец 10 августа они в последний раз вступили на берег Гренландии, оставили лодки и занялись приготовлениями к трудному переходу, а через неделю и двинулись в опасный путь.

* * *

Много тяжелых дней провели Нансен и его товарищи, подвигаясь по ледяной поверхности Гренландии. Во время их плавания и остановок на берегу, они встречали изредка и птиц и животных и даже жалкие поселки бродячих дикарей — эскимосов; теперь же все вокруг них было мертво и безмолвно на много-много верст.

Тащить сани по бездорожью было чрезвычайно тяжело, а тут еще несколько дней сряду лил сильнейший дождь, в конец испортивший и эту дорогу, но, если в первое время путешественники страдали от ливня, то впоследствии едва ли не больше пришлось им потерпеть от мороза и ветра.

Идти было крайне трудно, а между тем необходимо было торопиться, так как провизии захватили в обрез, и путникам угрожал голод, если бы они долго проблуждали по ледяной пустыне. Они и без того никогда не были вполне сыты, а работать приходилось очень много, особенно ногами.

Еще не мало и других горестей сопровождало этот переход: один из путников вывихнул ногу и сильно страдал во время ходьбы, другой отморозил лицо, а у двух сделалась так называемая «снежная» болезнь глаз, часто бывающая в холодных странах от яркого блеска снега на солнце.

Добывать воду было очень трудно изо льда на таком холоде, и потому ее жалели на умывание. От нечистоты, мороза и ветра на коже сделались трещины и пузыри, причинявшие большие мучения. Жалели воду и на мытье посуды, и, после еды, кастрюльку отдавали вылизывать языком кому-нибудь из товарищей. За недостатком табаку, курили только по воскресеньям, и нужно было видеть, с каким нетерпением ждал этого дня молодой лапландец Бальто.

И все-таки не смотря на все невзгоды, путешественники с каждым днем подвигались дальше и дальше.

В сентябре, по различным научным наблюдениям и по встречавшимся иногда птицам, можно было заключить, что недалеко и берег, — западный берег, где разбросаны деревушки эскимосов и поселения датчан. Изнуренные путешественники могли уже мечтать о сладком отдыхе, о теплой комнате, вкусном обеде и о встрече с людьми; но еще прежде, чем попасть в эти желанные деревни, путешественникам пришлось совершить трудное дело. Нансен и его товарищи дошли наконец до края снеговой равнины. По их расчету недалеко от них находилось датское поселение «Готгаб»; но, чтобы добраться до него, необходимо было переплыть огромный залив, — и это после 450 верст пути, пройденных в 40 дней! По воде же нужно было сделать еще 100 верст, а у путешественников не было никакой лодки, ничего, кроме палатки, саней и остатков провизии; но человек, побывавший несколько раз в таких затруднительных положениях, становится удивительно догадливым, — и Нансен решился соорудить лодку из палок и непромокаемой парусины от палатки. Два дня, работая без устали, потратили путешественники на приготовление этой ненадежной жалкой лодки, вмещавшей только двух человек.

28-го сентября Нансен и Свердруп отплыли к Готгабу, оставив своих спутников на берегу залива. Четверо суток продолжалось это крайне опасное путешествие; но цель была достигнута: 3-го октября они увидели датское село. Все жители вышли на встречу прибывшим, и несколько человек из них, по просьбе Нансена, отправились на большой лодке за остальными путешественниками. Нансен хотел ехать на родину сейчас же; но оказалось, что последний пароход уже ушел. Письма на родину Нансену все-таки удалось послать через эскимосов, которые догнали на своих легоньких быстроходных лодках этот корабль. Вернуться же в Готгаб за нашими путешественниками капитан не согласился, так как ему нельзя было терять времени.

Волей-неволей Нансену с товарищами приходилось зимовать в Готгабе. Эта зимовка прошла для них довольно весело. Нансен, Свердруп и Дитрихсон поселились в домике у местного начальника, а остальные у доктора.

Население Готгаба состояло из датчан и эскимосов, с которыми Нансен старался поближе познакомиться. Они научили его ездить по морю в каяке4.

* * *

Наконец наступила весна 1889 года. К Готгабу подошел пароход под названием «Белый медведь», и наши путешественники распрощались с жителями села, которые очень полюбили их и с грустью отпускали. Один из эскимосов сказал Нансену: — «Теперь ты уезжаешь от нас в великий мир, откуда приехал; там тебя встретит много людей, много нового, и ты скоро позабудешь нас, но мы тебя никогда не забудем!».

Однако и Нансен не забыл своих далеких друзей. Он написал большую интересную книгу о их жизни, про которую мы уже говорили.

* * *

30-го мая «Белый Медведь» подошел на всех парах к главному городу Норвегии Христиании. Весть о подвиге отважных норвежцев разнеслась по всему миру еще в то время, когда они зимовали в Готгабе, благодаря их письмам, посланным на родину с последним кораблем. Весь город Христиания был украшен флагами, всюду встречали смелых путешественников тысячные толпы народа. Вся страна принимала горячее участие в этих торжествах, и Фритьоф Нансен, которому еще так недавно было отказано в небольших деньгах, необходимых для путешествия, — с этого времени стал гордостью норвежского народа.

Примечания

1. Экспедицией называется путешествие с научной целью.

2. Датчанин — житель королевства Дании.

3. Фуфайка — вязаная шерстяная рубашка.

4. Каяк — эскимосский челнок; узкая, длинная, легкая лодка; на таких лодках ловкие и сильные гребцы проплывают без парусов, но при попутном ветре до 300 версте в сутки.

 
 
Яндекс.Метрика © 2020 Норвегия - страна на самом севере.